Поэзия сестёр Бронте

У себя на родине сёстры Бронте обрели известность как авторы романов. Но поэзия трёх сестёр заслуживает не меньшего внимания. В нашей стране, к сожалению, более-менее известен только роман Шарлотты  «Джейн Эйр». История семьи Бронте неизвестна вовсе. Между тем в лингвострановедческом словаре можно прочитать: «Bronte country» - край сестёр Бронте. Живописный район в Иоркшире, где жили и работали сестры-писательницы Шарлотта Бронте, Эмили Бронте и Анна Бронте. Много ли авторов удостоились такой чести?

Шарлотта Бронте

Литературный псевдоним Каррер Белл. Автор нескольких романов. Шарлотта и её сестры взяли мужские псевдонимы, потому что в те годы в Англии литература считалась не женским занятием.

Письмо

Что она пишет? Глянь, в движенье

Пальцев стремителен полёт.

Юные брови в размышленье

Нетерпеливо гнёт.

Свет затеняет локон длинный,

Быстро откинут он назад.

Снова идёт игра слезинок,

Но не туманит взгляд.

Свет заскользил по шёлку платья,

Падая ярко у её ног,

Но помешать её занятью

Сладостному не смог.

 

Час самый милый наступает,

На небосклоне он сейчас

Солнце июньское склоняет,

Не беспокоя глаз.

Ждёт за лужайкою дорога

Вдаль от распахнутых ворот

Лёгкие молодые ноги,

Только напрасно ждёт.

Прямо за дверкою стеклянной

Рядом со стулом леди той

В мокрой траве спустился мрамор

Лестницы вниз крутой.

 

Тянутся вверх цветы растений,

Вкруг обступившие порог.

Комнату листья скрыли тенью,

Жара ослабив ток.

Что же она мельком не глянет,

Взор обратив поверх цветов,

Розовый в небе светел танец

Предзакатных часов.

Видишь, по-прежнему спокоен

Очень серьёзен её взгляд.

Пальцы всё с той же быстротою

Вслед за пером летят.

 

Увлечена занятьем этим,

Пишет кому она сейчас?

Ты присмотрись к ней и ответит

Взгляд её строгих глаз.

Что же перо вдруг замирает

На неоконченной строке,

Что блеск слезинок отражает

В призрачной темноте?

Комната необычно тёмна,

Если с небес опустишь взор,

Тайною полниться зелёный

Парка вокруг простор.

 

Там, где стоит фарфор старинный,

В вазе с водой цветы стоят.

Будто из воздуха картину

Вдруг замечает взгляд.

Только одной лишь ей понятен

Тайной наполнен он какой,

Смысл который в себе прячет

Рамы блеск золотой.

Снова вглядитесь со вниманьем –

Выступят вдруг из темноты

Рослой фигуры очертанья,

Смелы лица черты.

 

Локоны тёмны и смуглы щёки,

Брови светлы и высоки,

Ум благородный и глубокий

Виден в чертах таких.

То божество её? Не знаю,

Видится что в картине той,

Что так тревожит, заставляя

Вдруг потерять покой.

Вот и закончено посланье

И запечатано лежит.

Солнца закатного прощанье

Влага в глазах блестит.

 

Слёзы она не замечает,

Кончив писать письмо своё.

Где и в каких далёких далях

Сердце сейчас её?

Через моря в какие земли

Путь предстоит письму каков,

Кто же любовным письмам внемлет

С Англии берегов?

Земли суровы Английских колоний,

Но будет она мужа ждать,

И, улыбаясь при посторонних,

Тайно о нём рыдать.


Стихотворение «Сожаление» может показаться автобиографичным. Но это не так. Шарлотта несколько раз покидала отчий дом и возвращалась обратно. Но это было до замужества. Её мужа звали Артур Николс. Как и отец Шарлотты он был священником.

Сожаление

Давно хотела я покинуть

Тот дом, в котором родилась.

Давно искала я причину

Порвать с ним родственную связь.

Когда-то молчаливость комнат

Была томительно пустой,

Теперь они сполна напомнят

Последствия разлуки той.

 

Познала жизнь и жизнь во браке,

Казалось светлым всё вокруг.

Теперь как дорог яркий всякий

Луч света показался вдруг.

Нашла в житейском мире остров,

Его я не благословлю,

Я от борьбы устала просто,

Пора домой плыть кораблю.

 

Так в добрый путь, к заветной цели!

Прощай чужие берега.

Простор безоблачный безмерен,

Который был моим всегда.

Итак, придётся возвращаться,

Что мог когда-то раздражать

Вновь милый голос зазвучавший

К себе зовёт меня опять.

 

Зари сиянием беспечным

Наполнена душа моя.

Вильям! Сном засыпая вечным,

Не вспомню даже про тебя.

Ни шторм, ни волны не мешают

Душе моей торжествовать.

Легко в груди; я постараюсь

Теперь всё заново начать.


Тема жизни и смерти занимает значительное место в творчестве сестёр Бронте. На это есть причины. После того, как преподобный Бронте получил приход в Хоуорте (Йоркшир), семья поселилась в уединённом каменном доме, большом и мрачном. Прямо под его окнами начиналось приходское кладбище. Печальный вид могильных плит был для Бронте одним из главных впечатлений детства. Кроме того они рано потеряли мать. 

Предчувствие

«Сестра, ты садишься каждый день

У нашего очага.

Вой ветра слышен и в высоте

Бегущие облака.

Всё туже книгу открыла ты,

Но, так и не прочитав,

Не поднимаешь ты головы.

Что же  случилось, сестра?»

 

«Ты посмотри, Джейн, вокруг поля

Покрыты туманной мглой.

Свет белый в тумане увидеть нельзя,

Закрыт он от нас с тобой.

Я не пейзаж вижу сквозь него,

Не пастбищ зелёных вид,

Природа прячет лицо своё,

Под маской мрачной таит.

 

Листва в саду уже не шумит,

Печален наш сад пустой.

Минувших лет короткие дни

Опавшей ушли листвой.

Что же не видно конца дождям,

И серая в небе тень.

О, Джейн, как тревожна печаль моя,

Как этот печален день!»

 

«Не огорчайся, сестра моя,

Ты рядом со мною будь.

Печальные дни у ноября

Закончатся как-нибудь.

У очага не грусти ты так,

Ты, Эмма, садись со мной,

И как всегда наш родной очаг

Прогонит холод, тоску и мрак

Ненастной этой порой».

 

«Но очага этот мирный свет

Мне не приносит покой.

Мысли мои стремятся к тебе,

Мне, Джейн, хорошо с тобой.

Свою тревогу я не таю,

Как много на сердце чувств,

Родную связь с тобою мою

Я потерять боюсь».

 

«Дни ноября всё равно пройдут,

Послушай, что скажет Джейн.

Моя родная, доверься мне,

Сама уверена я вполне:

Не будет тревожных дней.

Пусть снова спорят солнце и шторм,

Пусть спорят радость и мрак,

Но вечно длящийся этот спор

Не тронет наш дом никак».

 

Прошло восемь месяцев, лета свет

Снова небо украсил,

В полях разлился зелёный цвет

И как всегда прекрасен.

Присела на ступени Джейн,

В тени одна сидит,

И на лице печали тень,

И мысль печаль таит.

 

Она вспоминает день зимы,

Ход месяцев немногих.

По снегу Эмму тогда везли

Похоронные дроги.

Она вспоминает, как таял снег,

Согретый светом весны,

Воспоминания о сестре

Будто печальные сны.

 

Прекрасен снова стал этот мир,

Но Эмма не вернётся,

Покинув его среди зимы,

На Небесах остаётся.

Там ничего её не тревожит

Среди небесных полей.

Когда-нибудь Джейн придти к ней сможет,

Но только не Эмма к Джейн!


Монолог учителя 

Глубокомысленная тишина,   

Люди в молчании замерли,

Задача труднейшая им дана,

Какое блаженство в молчании.

Спокойствие полное. Вижу я -

Неплохо день начинается.

Не шелохнувшись, деревья стоят

И солнцем они освещаются.

Пока что неспешно время идёт,

Желанный момент приближая,

Приятно подумать о доме моём,

О доме, который люблю и знаю.

Он расположен в прекрасном краю,

Где я приобрёл себе землю.

К нему устремляю заботу свою,

И чувство моё неизменно.

Счастливый мой дом, привет! Всё время

С любовью тебя вспоминаю,

И в жизни моей это главное бремя,

Забота такая большая.

 

Но иногда меня тревожа,

На сердце  мысли вдруг придут,

Ухудшат настроенье тоже:

«А кто же мне сегодня друг?»

Но иногда казаться станет:

Таю я зависть в мыслях тех,

Что сладким вымыслом поманят

И исчезают в пустоте.

А также в мире странном грубом

Реальность призрачна его,

Он каждым взглядом, каждым звуком

Дух подавляет оттого,

Что горе слилось с пустотою,

Что улучшений в жизни нет.

Надежда в сердце лишь со мною

Заветная, как солнца свет.

Но радость временна в печали

И урожай растёт такой:

Увы! Как верно мне сказали –

«Сноп только с виду золотой».

 

Проходит всё;  и мне придётся

Расстаться с домиком моим.

Я слышал, что война начнётся,

Как горько мне проститься с ним.

Когда вернусь, что я увижу,

Вдруг остудя порыв души,

Печальный шёпот я услышу:

«Ах, бедный наш, ты не спеши,

Вакансий нет». И что мне делать,

Чем утолить печаль свою?

Когда останусь я без дела,

Какую песню запою?

Мой гордый дух меня покинет,

Ослабнет он и сгинет.

Я улыбнусь тогда сквозь слёзы,

За радость горе спрячу,

Но песня пусть навеет грёзы,

Надежду на удачу.

 

Прекрасна песнь, утешь меня,

Надежды нету кроме,

Когда с уныньем борюсь я,

Печаляся о доме.

Впустую я не буду петь,

Пусть холод чувства губит,

Весна всё может отогреть

И боль тогда отступит.

 

Но всем хотелось бы скорее

Кто день заветный ждут,

С несчастьем справиться быстрее,

А после отдохнуть.

Уходит юности полёт

И радость юности пройдёт,

Недолог её путь.

 

Терпенье будет мой удел,

Успехи пусть скромнее,

Здоровью всё же есть предел,

Его я пожалею.

Я в жизнь влюблён, пока живу,

Взаимна ли она?

Трудом упорным проложу

Путь к лучшим временам.

 

В трудах, в делах, в раздумьях трудных

Что мне готовит рок?

Подумать даже страшно, буду

Всегда я одинок?

До самой смерти с жизнью споря,

Я четверых зову друзей –

Терпенье, Вера, Разум, Воля

Со мною до последних дней!


Стихотворение «Страсть» уникально уже тем, что его написала женщина. Много ли в женской поэзии найдётся подобных?

Страсть

Отвага дикая почти,

Вскипают страсти жутко.

Приходят как любовь в ночи

Азарт смертельный утром.

 

В сражении награда мне

Один твой взгляд  любезный.

Горит душа моя в огне,

Сражаться буду честно!

 

Приходит ночь, приходят сны,

А днём идёт резня.

Возможно, будешь плакать ты,

Услышав про меня.

 

Скажи мне: может, наш отряд

В пути с дороги сбился,

Пройдя немало стран подряд,

Как призрак заблудился?

 

Труба опять зовёт на бой,

Призывно её пение,

И мы опять идём войной

В индейские владения.

 

Окрасит кровь простор равнин

В цвет алый, что ж, так надо.

В тот край, где множество могил

Зовёт меня команда.

 

Конечно, этот холокост

Народов губит силы.

Безрадостен, но очень прост

Мандат мне смерть вручила.

 

Моё оружье – моя страсть,

Вся жизнь моя в движении.

Над человеком страха власть

Должна исчезнуть и пропасть,

Как сорное растение.

 

В пылу войны хочу найти

Любовь, но как искать?

Огонь безумный не гасить

И гордость не терять?

 

Но ничего мой не спасёт

Свободный дух мятежный.

И душу в плен любовь берёт

Решительно и нежно.

 

В твоих глазах триумф прочесть

И больше ничего не надо.

Сберечь стараюсь эту честь,

Далёкую награду.

 

Я не умру, пока стакан

С вином не опустел.

Пусть жизнь моя сплошной обман,

Я сам его хотел.

 

Свою надежду на любовь

Я должен оправдать,

В седле и с саблей наголо

В атаке смерть искать.

В стихотворении «Страсть» пятое и шестое четверостишья переведены приблизительно, так как некоторые употреблённые в них автором слова не принадлежат современному английскому языку.


Предпочтение

Над тобой не посмеюсь я,

Гордость пусть меня покинет,

Но в тебя и не влюблюсь я,

Ты не принц, я не рабыня.

Ты зачем клянёшься страстно,

Что сумеешь предложить мне?

Все признания напрасны,

Если можешь изменить ты.

Покоришь, чтобы расстаться,

Знаю, это мне не ново,

Так зачем мне притворяться,

Даже дружба наша – шоу.

Равнодушия не скроешь,

В твоём взгляде его вижу,

Смело ты расчёты строишь,

Хочешь стать со мною ближе.

Улыбаешься? Считаешь,

Холод мой не настоящий,

Что за маскою скрывая,

Прячу взор я свой горящий.

Прикоснись к руке обманщик,

Слушай, что тебе скажу я:

Где ожёг руки горячей?

Или трепетно дрожу я?

Может быть, в момент покрылись

Краскою мой лоб и щёки?

Где сквозь бледность проступили

Возбуждения истоки?

Холод мрамора. Кто боле

Равнодушен был к тебе?

Совершенно неживое

Что-то есть в моей руке?

Но могу быть, как сестра я,

Быть сестрой по силам мне,

Не мечтай, что я скрываю,

Будто я горю в огне.

Гнев и ярость бесполезны,

Только Фурия способна

Быть, как я с тобой любезна,

Чувством движима холодным.

Я влюблюсь? О, несомненно,

Горячо, но не в тебя же,

И любовь, придя, наверно,

Страстной быть меня обяжет.

Хочешь знать, кто твой соперник?

Так давай откроем шторы,

Посмотри, как эти тени

Гасят свет дневной проворный.

Там вверху зелёной аркой

Листьев свод стоит дугою,

Там соперник самый главный,

Всё заполнил он собою.

Как легко он заставляет

Волноваться без причины,

Незаметно возбуждая,

Лучше нет его мужчины!

Он и совесть, он и разум,

Может строг, но справедлив,

Не обманет он ни разу,

Добр, честен и правдив.

Нас надёжно защищают

Истины небес святые,

Клеветы разоблачают

Роковую тиранию.

Не ищи себе признанья,

Пусть само придёт нежданно,

И спокойным ожиданьем

Ты приблизишь час желанный.

Всё даётся людям верой,

Так о чём ты умоляешь,

Правит Бог землёй и небом,

Лишь ему я доверяю.


Разлука

Не будем об этом мы плакать,

Хотя повод есть погрустить.

Пусть в сердце останется память,

Которую надо хранить.

 

Мы это придумали сами

То, что нас тревожит сейчас,

И словно в насмешку над нами

Всё в мире теперь против нас.

 

Пусть  радости нет в настоящем,

Пусть это придёт к нам потом,

И прожитый день уходящий

Весельем наполнит наш дом.

 

Когда нас друзья покидают

И нас оставляют одних,

Конечно, мы их вспоминаем,

Всё лучшее помним о них.

 

Приятен нам каждый взгляд милый,

Мы это умеем ценить.

Кто искренне нас полюбили,

Мы будем до смерти любить!

 

Когда собирает нас вечер,

Огонь одинокий горит,

Сердечная тёплая встреча

И к сердцу путь будет открыт.

 

Пусть можем мы, связь порывая,

Холодные руки разнять,

Но нам же никто не мешает

Встречаться опять и опять.

 

Итак, мы не плачем об этом,

Пусть дух будет бодрый у нас,

Огонь нашей памяти светлой

Пусть в будущем светит для нас!


Зимние запасы 

Живём мы не очень богато,

Но пусть говорят, что хотят.

Упорных трудов результаты

Свободный наш дух укрепят.

 

И смерть нас подстерегает,

И будет печален конец,

Но всё-таки мы сохраняем

Свет солнечный наших сердец.

 

Порою нам кажется: лето

Теплом мир наполнить спешит,

И чувство свободы при этом

Снимает оковы с души.

 

Порою придаст вдруг нам силы

Внезапно пришедшая мысль,

Как чарами Хеллоуина

Вдруг высветит всю нашу жизнь.

 

Но время идёт незаметно,

Невидимо и не спеша,

Как в небе высоком и светлом

Идут, не спеша, облака.

 

Но горькою может быть чаша

И нет больше радости струй,

Блаженство кончается наше,

Как прерванный в миг поцелуй.

 

Сияние гаснет и тает,

Про отдых придётся забыть,

И голос нам напоминает:

«Не медли, пора поспешить!»

 

В движенье душа прибывает,

Коротким бывает покой,

Все силы свои напрягаем,

Что делать, раз мир наш такой?

 

Но солнце всё будет светить нам,

Растения пустят ростки,

На радость нам будут раскрыты

Душистые их лепестки.

 

Предела работе не знаем.

Мы как трудовая пчела,

Которая, вечно летая,

Способности приобрела

 

Готовиться к зимним проблемам,

Предвидя и горе, и мрак,

И помнить о них неизменно.

Иначе нельзя ей никак.

 

Найдя удовольствие в этом –

Нести всё прилежно домой,

Собрав все сокровища лета,

Себя обеспечить едой.

 

Закончатся юности силы.

Зимы неизбежен накат,

Но сладок для трудолюбивых

Бывает и жизни закат.


 Дом, в котором поселились Патрик Бронте, его жена Мария и шестеро их детей, местные жители считали нехорошим местом. Его называли «дом-вампир», «дом-убийца». Может быть, это было так. Может быть, нет. Бронте умирали от туберкулёза, который в те годы был распространён в Англии не менее легенд о духах и привидениях.

На смерть Эмили Джейн Бронте

Родная, ты горя не знала,

Недобрых чувств не встречала

У нас ты никогда.

Пролитые слёзы в печали

Отчаянья не облегчали,

Когда пришла беда.

Боль будит ночною порою,

Не хочется верить в такое,

Не находя покой.

Но сердце, пронзённое болью,

Напрасно о жалости молит,

Не отпускает боль.

Никто не мог это предвидеть,

Вперёд заглянуть и увидеть,

Как жизнь твоя пройдёт

… И мрачны и тёмны тревоги,

Что будет со мною в дороге,

Какое горе ждёт?…

С тех пор как пришлось нам расстаться,

Мы снова не можем встречаться

В этой жизни с тобой.

Поможет пусть Бог в  несчастье

И всем нам подарит Он счастье

За роковой чертой!


На смерть Анны Бронте 

Ты радость милая моя

И ужас милой мне могилы.

Теперь осталась я одна,

Нас смерть с тобою разлучила.

 

Твоё чуть слышное дыханье

Спокойным было до конца.

Не омрачала смерть страданьем

Черты любимого лица.

 

Пришла разлука так нежданно

С тобою, моей дорогой.

Но Богу всё же благодарна,

Что наделил меня душой.

 

Я знаю, многое теряем

Порой на жизненной стезе,

Но головы мы не склоняем

И в изнурительной борьбе.


Эмили Джейн Бронте

Литературный псевдоним Эллис Белл. Автор одного единственного романа. Своё произведение Эмили назвала «Wutherinq hiqts» - «Холмы бурных ветров». В русском переводе роман почему-то назвали сначала «Меркнущие высоты», а впоследствии «Грозовой перевал». Но действие происходит не в горах, а на холмистой равнине, откуда до подножия гор два часа лошадью.

Написанный скорее по настоянию Шарлотты, чем по собственному желанию, этот роман стал одним из лучших романов XIX-го века. К сожалению, поэзия Эмили осталась не оцененной по достоинству.

За всю свою жизнь Эмили только однажды ненадолго покидала отчий дом. Она не получила такого образования, какое получили сёстры, и не стремилась к этому. Но в её стихах с особой силой звучат мысли и чувства, свойственные человеку опытному, много повидавшему в жизни. Талант и творческое воображение могут компенсировать недостаток знаний и опыта (но невозможно обратное).

Надежда и отчаяние 

«Бушует зимний ветер злой.

Иди ко мне, малыш родной,

Оставь и книжки, и игру.

Когда сгустилась мгла вокруг,

О чём ты думаешь, мой друг.»

 

«Пусть ветер кружит, в наш приют

Его порывы не войдут.

Не будет он трепать, злодей,

Причёску дочери твоей.

И очень рада я сейчас

Увидеть свет весёлых глаз,

Тебя за щёки потрепать

И буду счастлива опять.

 

Хотя спокойна я вполне,

Внезапно мысль приходит мне.

Огня пылает яркий свет,

А я вдруг думаю про снег.

Вдруг вижу в местности пустой

Есть холм, покрытый темнотой.

Его не трудно мне узнать,

Любила раньше там бывать.

Коснулась боль моей души

И слабо жалоба звучит

Без всяких видимых причин.

 

Когда я маленькой была,

Ты часто в море уплывал

И очень сильно огорчал.

Часов меня разбудит бой

И непогоды шум ночной,

Но продолжались будто сны

При свете призрачной Луны.

Ловил встревоженный мой слух

Ударов волн о скалы звук,

А скалы высились, как башни,

Я не спала и было страшно.

Опасна жизнь, я это знаю,

Но нет, отец не погибает.

 

О, как видение страшило,

Исчезни, мрачный вид могилы,

Не наступил ещё твой срок,

Удачу пусть подарит Бог!

Ты не однажды горевал,

Что многих ты друзей терял,

Зачем ты это рассказал?

Когда слова твои верны,

То утешенья не нужны.

Сомнений семя упадёт

И незаметно прорастёт,

Всё потому, что на земле

Всегда так было по весне.

Проросший в почву корешок

Поднимет стройный стебелёк.

 

Но не заставят меня плакать

Сны, полные тревожных страхов.

Я знаю, есть прекрасный берег,

И там есть порт, я в это верю,

Там у воды небесный цвет.

Страны прекрасней в мире нет.

Там место нашего рожденья

И там же жизни завершенье,

Освобожденье от всего,

Соединенье с Божеством».

 

«Малыш мой, ты, как вижу я,

Мудрее даже короля.

Но этих слов твоих поток

Порой не слишком ли жесток.

Надежда наша не умрёт

Под океана грозный рёв.

Пока нам берег мил земной

Спешить не будем на другой!»


Светила

Ах! Почему, балуя нас,

Нам солнце радость дарит,

Но отступает каждый раз

И небо покидает?

 

А ночью мне глаза в глаза

Глядит прекрасный взгляд

И благодарные сердца

Его благословят.

 

Сиянье полно красоты

И нет его чудесней.

Летят счастливые мечты,

Как в небе буревестник.

 

Взлетают мысли выше звёзд,

Границ не признавая,

Как сладка трепетная дрожь

Об этом каждый знает.

 

Но почему от нас рассвет

Все эти чары скроет,

И обжигавший щёки свет

Становится спокоен?

 

Поток стремительных лучей

Сияет, и проснётся

Душа природы, а в моей

Печалью отзовётся.

 

Прикрою веки свои, пусть

Ослабнет яркий свет.

В мечтах я снова окажусь

В стране, которой нет.

 

Не покидаю я постель.

Пусть ночи продолженье

Вернёт таинственную тень

И прежнее волненье.

 

Подушка станет горяча

И призрачны виденья,

И птицы громко закричат,

И ветер хлопнет дверью.

 

Но занавески лёгкий взмах

И шорох раздаётся,

Виденье в солнечных лучах

Обратно не вернётся.

 

О, ночь, о, звёзды и мечты,

О, ваше возвращенье,

Борьба со светом темноты

Достойна сожаленья.

 

Страданий чашу пью до дна,

Смешав слезу с росой,

И в том не темноты вина,

Что нет тебя со мной!


В стихотворении «Философ» есть места, трудные для понимания. Не ясно, о каких непримиримых началах ( в оригинале «Three gods»)  говорит его герой. На эту тему есть множество вариаций. Ещё Аристотель утверждал, что у человека три души: растительная, волевая и разумная.

То место стихотворения, где говорится о трёх разноцветных потоках, переведено не вполне близко к авторскому тексту. Но и дословный перевод не добавит ясности. В христианской мифологии, как и в любой другой, каждый цвет имеет своё значение. Вот если бы в это цветосочетание добавился зелёный – цвет надежды… Увы, его там нет.

Философ

«Глубокомысленный философ!

Ты, пребывая как во сне,

Решаешь тёмные вопросы,

Не замечая солнца свет!

Остановиться ты не можешь,

Но мыслишь всё одно и тоже.

 

Когда я сплю, не нужны мне

Напрасные волненья,

Не  потревожат дождь и снег

Спокойных сновидений.

Ни обещания небес

Исполнить все желанья,

На страхи ада, наконец,

Не обращу вниманья».

 

«Уже не раз я отвечал

И снова так скажу:

Непримиримых трёх начал

Несу в себе вражду.

Не всё подвластно небесам,

Их помощь не безмерна.

Я должен помнить это сам

И вывод делать верный.

О, вот сейчас в груди моей

Великая борьба

И отдыха не будет мне

Нигде и никогда!»

 

«Ты очень стойкий человек

И дух твой твёрд, как прежде.

Слияние трёх бурных рек

Несёт твои надежды.

Цвет первой – красно-золотой,

Другая – цвет сапфира,

Но третьей цвет реки такой:

Чернее, чем чернила.

Поток сверкающий сквозь ночь

Несётся к океану,

Печали прогоняя прочь

Немеркнущим сияньем.

Прекрасней солнца этот свет

Ответит на вопросы все!»

 

«Но быть провидцем очень сложно

На небесах или в аду.

Я в жизни долгой и тревожной

Не знаю сам, чего найду.

Но вижу я твой взгляд прелестный,

Как светлый луч он светит мне

И трусить будет бесполезно,

Скрывая мысли о тебе.

То, что сейчас благословляю,

Так просто я не поменяю

На вечный, призрачный покой

Дыхание души живой.

Ах, это только в твоей воле

Смирить жестокую вражду

И добродетели и боли,

Тогда я отдых обрету!»


Память 

Снегом  холодным, снегом глубоким покрыты

Дальние дали, холод унылая тьма.

Разве любовь единственная забыта,

Время проходит, только любовь одна.

 

Но в одиночестве  мыслям не будет покоя,

С горной вершины на северном берегу

На крыльях желанья вместе с моею мечтою

Я полечу к тебе, что я ещё смогу?

 

Холод и снег, и дует декабрьский ветер.

Горы согреет только весны тепло.

Всё, что случилось в годы нелёгкие эти,

Всё буду помнить, всё то что произошло.

 

В юности чувства всегда особенно сладки,

Словно теченье  куда-то уносит опять.

Что же ещё остаётся теперь пожелать мне –

Новых ошибок больше не совершать!

 

Ещё не поздно наполнить всё светом небесным,

Снова вернётся утро на берег мой.

Вся моя жизнь полна будет блаженством чудесным,

Вся моя жизнь, но только вместе с тобой.

 

Но ночь проходит, уходят светлые грёзы

И с одиночеством нужно бороться опять.

Трудно поверить, что всё это очень серьёзно,

Где же ты, радость, где мне тебя искать.

 

Как удержать эти дерзкие страсти порывы,

Юной души тоску о тебе не унять.

Жгучее пламя безжалостно, неумолимо,

Я умираю и воскресаю опять.

 

Всё же нельзя мне вопрос оставлять без ответа.

В памяти вместе сливаются радость и боль.

Выпью до капли напиток божественный этот,

Может быть, это поможет найти мне покой?


Сцена смерти

«О, День! Ты не умрёшь пока

Ты ярок и беспечен,

И солнце красит небеса

Пока ещё не вечер.

 

Твоё сиянье не уйдёт,

Когда подует ветер.

От дуновения его

Сиянье ярче светит.

 

Проснись, Эдвард, проснись скорей,

В сиянье золотистом

Крадётся вечер по земле,

Таясь в озёрах чистых.

 

Мой милый друг, прошу тебя

Садись со мною вместе,

Прошли мы многие моря,

Нам будто мир был тесен.

 

Я будто слышу шум волны,

Морскую вижу пену,

Представь, что наблюдаем мы

Загадочную сцену.

 

Пока никем не населён

Есть где-то остров Иден.

Волнами вечно окружён,

Но очень милый с виду.

 

Там смерть и горе не живут,

Свободно дышит грудь.

Ты знаешь, Эдвард, я найду

Его когда-нибудь!»

 

Возможно, показалось мне,

Но в голосе твоём

Послышались упрёки мне,

Но я тут не причём.

 

Я разве не пускал тебя

В бессмысленный поход,

Когда никак душа твоя

Покой не обретёт.

 

Сюжет неплохо твой звучит,

Занятно представленье,

Вечерний летний бриз шумит

Сейчас на этой сцене.

 

Но вижу я в глазах твоих

Смертельную усталость,

Всё больше холод вижу в них,

Заплакать лишь осталось.

 

Какой же повод ты нашёл

Таким печальным стать?

Ещё в поход ты не ушёл,

Уже успел устать!

 

Его за голову я взял.

Дыханье слышно еле.

Он в самом деле умирал

И умер в самом деле.

Остров Иден в стихотворении «Сцена смерти» - это одна из многочисленных английских морских легенд или он создан творческим воображением самой Эмили? Ещё в детские годы Эмили начала сочинять поэтический цикл о стране Гандал. Задолго до автора «Властелина колец» Эмили создала своё «Средиземье»


Песня

Звучала звонка и чиста

Песнь жаворонка в небе,

И пчёлка пряталась в  цветах

Как маленькая леди.

 

Олень срывал лист молодой,

Птенцов водила птица.

Не потревожен их покой,

Он будет вечно длиться!

 

Казалось бы – не помешать

Счастливому покою,

Никто не может омрачать

Их бытиё простое.

 

Плохого ничего для них

Быть в будущем не может.

Но что-то же печалит их

И что-то вдруг тревожит?

 

Спокойствие счастливых дней

И радости не вечны.

Все те, кто смертны на земле,

Не могут быть беспечны.

 

И если грустны их глаза,

Печали есть причины,

И даже в безмятежных снах

Она их не покинет!

 

Порывы ветра на холмах,

Журчание реки

Пускай хотя б одну меня

Избавят от тоски.


Предвкушение

Как много на свете радости,

Прекрасного много в жизни.

Но в нашей счастливой реальности

Скрывается тёмный призрак.

Весна тебе будет радость дарить

И лето поможет забыть

Угрюмое время зимы.

Нет лучше юности света,

Но почему же сокровище это

Так мало ценим мы?

Все те, кто нам были друзьями,

Судьбу свою с нами связали,

И в радости или в печали

Среди ненастных дней

Кто юности свет не погасит,

Помогут нам в поисках счастья.

Невольники собственной страсти

Бессильны они перед ней!

«Кто счастье своё ожидает

И те, кто надежду теряют,

Наивные словно дети

В своих ожиданьях этих.

Познанье духовных истин

Необходимо нам в жизни,

Отсутствие огорчений

Всегда ведёт к пресыщенью.

Я не предвидела те перемены,

Вышла случайной измена.

Останусь я стойкой, останусь спокойной,

Сотру одним взмахом что недостойно.

Пусть время всё рассудит.

Желаньям своим навстречу

Стремлюсь, и, возможно, вечность

Усталую душу излечит.

Пусть будет то, что будет!

Надежды всесильны чары,

Но это даётся недаром.

Познание тайны старой –

Ужасна она и прекрасна –

Познания правды печальной –

Они мою боль утешали

И сильною быть помогали,

Терпенье моё не напрасно.

Прекрасное утешенье!

Но перед могилы тенью

И мрачного смерти виденья

Выдержит мужество чьё?

Такое судьбы решенье,

Такое души возвышенье

Сильнее нет предвкушенья

Вознагражденье за всё!»


Надежда

Надежда – это наш скромный друг,

Она нас всегда успокоит.

Её могут доверить судьбу свою

И те, кто её недостоин.

 

Нам нужно только её не спугнуть,

В один из тревожных дней

Лицо не заставить своё отвернуть

И снова быть вместе с ней.

 

Не прекратится забота её

Пока тихий голос звучит.

Когда я плачу, она поёт,

Я слышу её мотив.

 

Она нереальна бывает порой,

Уходит последняя радость,

Тогда утешаюсь надеждой другой,

Которая где-то рядом.

 

А с той, у которой устали уста,

Придётся мне распрощаться.

Пускай улетает она в небеса,

Ей незачем возвращаться.


Дневной сон 

На небе солнце светится,

Нетерпелив и юн

Скорее с Маем встретиться

Торопится Июнь.

 

Их свадьба неизбежная,

И мать слегка грустит,

Отец с улыбкой нежною

Его благословит.

 

Деревья машут ветками

И птиц весёлых песнь.

Среди веселья этого

Незваный гость я здесь!

 

Ищу ответа на вопрос,

Но в мыслях пустота,

Хотя задумался всерьёз:

«Как я попал сюда?»

 

И ничего я не пойму,

Ответа не узнаю,

Но видеть всё вокруг могу

С закрытыми глазами.

 

На берегу в дневной тиши

Нечаянно уснул

И в глубину своей души

Случайно заглянул.

 

Сказало сердце: «Знаем мы,

Когда зима вернётся,

Над светом лета и весны

Злорадно посмеётся.

 

Заставит холода волна

Умолкнуть птичьи песни,

И бледным призраком весна

Витает в поднебесье.

 

Чему мы рады так сейчас?

Природы возрожденье

Мы видим снова, но у нас

Поверхностно сужденье!

 

Природа только до поры

Порадовать нас может,

Но ветра вольного порыв

Долину потревожит.

 

Вдруг вспыхнут тысячи огней

И зазвучат над ними

В сиянье тысячи лучей

Серебряные лиры.

 

Раздует воздуха поток

Огонь своим дыханьем,

Сплетя божественный венок

Небесного сиянья!

 

Такое эхо загремит

Таинственных мистерий,

Такая песня зазвучит,

Что в это трудно верить.

 

О, тот, кто смертен – умирай!

Открылись время раны,

Плеснуло небо через край

Божественную радость!

 

Страданье бесконечно здесь

И ночи мрачна тень.

Но где-то вечный отдых есть

И бесконечный день.

 

Тебе весь мир – могилы мрак,

Покинь пустынный берег,

Есть утопающий в цветах-

Прекрасен и безмерен!

 

Не бойтесь тайну приоткрыть,

Глазам своим поверьте,

Реальна радостная жизнь,

Дарованная смертью».

 

Умолкло всё. И сон средь дня

Как сон ночной вдруг тает.

С тех пор Фантазия моя

Меня не покидает.


Фантазия

 

Дней бесконечных суета

И неприятности всё чаще,

И суть отчаянья проста,

Как чей-то голос прозвучавший:

Нет, друг мой, я не одинок,

Ты убедить меня не смог!

 

Но этот мир не безнадёжен.

Приз может ценен быть вдвойне

Там, где коварству невозможно

Расти и далее в цене.

Свобода нам с тобой дана,

Нет выше власти, чем она.

 

Пусть может нас подстерегать

Опасность, скрытая во мраке,

Но лучше грудь нам подставлять

Под луч небесный светлый яркий.

Ну, что же, солнцу жаль лучей

Для нас, как и для зимних дней?

 

Бессилен разум изменить

Несовершенную природу.

Напрасно сердце, может быть,

Мечты лелеет год за годом.

Тому, что можно затоптать,

Не запретишь вновь прорастать.

 

Весны искусство нам открыто,

Она всё может возродить.

Но ждут весну и паразиты,

Возможность снова жизнь губить.

И голос с неба слышим мы

О том, что так устроен мир.

 

Не верю призраку блаженства

В вечерний час особо милый.

За недостатком совершенства

Власть призываю высшей силы.

Я верю, как все верят люди,

В надежды свет – и будь, что будет!


Как чист её свет

Как чист её свет! Как он прекрасен

Я под охраной его будто

Земли и неба дарит счастье

Навеет сон, разбудит утром.

Приди любовь  и мною правь,

Твоё волшебно совершенство

И одинокой не оставь,

И принеси с собой блаженство.

 

Пусть будет свет, а тьма прощай!

Днём исчезают мрака тени.

Не будет сердце прекращать

Ему своё сопротивленье!

 

Любовь на части не делю,

А ненависть будить не стану.

Слезу чужую и свою

Не осушить самообманом!

Сиянье звёздное горит

Над нами и спокойным морем

Надежды голос говорит –

Всё управляется тобою!

 

И даже чувствую во сне

Небес прекрасно совершенство.

Пусть не иссякнет этот свет

И не кончается блаженство.

Но иногда бывает грустно

В том мире, что пред нашим взором.

Порой смеётся мысль над чувством,

Сочтя достоинство позором.

 

Случается удар судьбы

И негодяй смеётся мерзко.

Терпение теряем мы,

Становится мятежным сердце

Где прихоть чувства побеждает

И Разум отрицая дерзко

Изменой Правду подменяет,

И Радость с болью разделяет.

И не восстанет Мир из сна

И призрачны Надежды тени

И жизнь короткая пуста

И Смерть как деспот надо всеми!


Сочувствие

Зачем отчаянье тебе?

Роса поля украсит,

Звезды ночной прекрасен свет

И утра свет прекрасен.

Зачем напрасно слёзы лить,

Текущие рекою.

Нет лучше время для любви,

Когда она с тобою.

Печальный плач зачем тебе,

Пусть ветер зло уносит,

Зима зароет горе в снег,

Когда уходит осень.

Куда судьба тебя ведёт

Судьбою не открыто

Удача не пришла ещё,

Но сердце не разбито!


Мой суд 

В твоих глазах ответ таков:

Презрительно согнута бровь,

Смеёшься надо мною вновь!

О, сладко речь твоя звучит,

Ты упрекнул меня во лжи!

 

Выносишь строгий приговор,

Ты  на решенья очень скор.

Моя защита только вздор?

Нет, ангел светлый даст ответ,

Зачем покинула я свет.

 

Зачем стараюсь я опять

Путей чужих не повторять,

Дороги общей избегать.

Богатства власть на том пути

Венок старается сплести.

 

Пусть будет высшим существом

Моей присяги торжество

Воочию подтверждено.

Нелепо выглядит вдвойне

Твоё презрение ко мне.

 

Для клятвы сердцу моему

Алтарный камень ни к чему,

Доверюсь духу своему.

Тебя, мой дух, назвать позволь,

Мой раб, мой друг и мой король.

 

Тебя рабом я назвала,

Такое правило ввела –

Всегда ты меж добра и зла.

Друг мой – когда и в день, и в ночь

Всегда стараешься помочь.

 

Мои ты раны исцелял,

Слезу мою благословлял,

Без помощи не оставлял.

Ты, мой  король – по мере сил

Благоразумию учил.

 

Возможно, в чёт-то не права,

Неправильны мои слова?

Моя молитва такова:

Пусть будет Бог моим судьёй,

Не нужен никакой другой!


Вопрос себе

Усталый вечер уходил,

Пора и отдохнуть.

Какие мысли пробудил

И чем наполнил грудь?

 

Ушедший день? Вот он итог

Нелёгкого труда.

Немного пользы дать он смог,

А в основном вреда!

 

Неутомимый время ход

Нас к смерти приближает

И совести предъявит счёт,

Бранит и упрекает:

 

«Привыкла совесть лгать твоя,

Во всём Судьбу винить.

Меня твой виноватый взгляд

Не сможет убедить!

 

Ты хочешь отдых обрести

И рада ты ему,

И хочешь в горе ты найти

Покой и тишину?

 

Там сожаленья не спасут

И горькие рыданья,

Где сердцу горе принесут

Напрасные желанья».

 

Увы, крепка бывает связь

Слиянья духа с плотью.

Пока он не покинул нас,

Её не разорвёте!

 

И сладок отдых лишь тогда,

Когда венком лавровым

Нас награждают. Мы всегда

На бой идти готовы.

 

Мы постоянно воевать

Всегда готовы смело

И ложный страх свой растоптать,

А что ещё нам делать?

 

Да, в самом деле горяча

Борьба и безрассудна,

Свободу рады повстречать,

Но научиться трудно!

 

«Смотри – могилы вечный сон

Непобедимый воин,

Напрасны будут плачь и стон

Над призрачным покоем.

 

Закончится разгромом бой

И полным пораженьем,

Но сладок сон порой ночной,

А утром – пробужденье!»


Эмили отличалась склонностью к мистике. Это чувствуется по её творчеству. Не исключено, что она обладала некоторыми способностями, которые сейчас называют экстрасенсорными. Перед самой своей смертью она хотела открыть сёстрам какую-то тайну, возможно связанную с их домом. Но не успела. Началась агония.

Смерть

 

Смерть! Удар который разрушает

Стремленье радость обрести.

Удар, и время ветви иссушает,

Чьи корни скрыты в Вечности.

 

Ростки и ветки бывшей яркой жизни

Покрытые серебряной росой,

Приютом были для ночной вы птицы,

Цветами были для пчелы дневной.

 

Пройдёт печаль, цветенье золотое

Покроет снова гордою листвой

И снова всё наполнит добротою.

Теченье жизни – смысл его такой.

 

Печаль и горе – не одно и тоже,

Пускай пусто гнездо, умолкла песнь,

Надежда посмеяться надо мною может

И шепчет, что зима не вечна здесь.

 

И в самом деле! Всё благословит

Весна, цветеньем новым украшая,

Теплом и ветром тёплым наградит

И лаской возвращенье Мая!

 

Прекрасных роз пусть не коснётся горе,

Ненужный страх, исчезни без следа.

Любовь нам в жизни главная опора,

Защита от возможного вреда!

 

Жестока смерть для жизни молодой,

Вечерней песни звуки затихают.

Нет! Утра свет мою ослабит боль,

Но что прошло, того не возвращает.

 

Всё, что ушло, вернуться не посмеет,

Не может вновь как дерево цвести.

Но смертные всегда мечту лелеют,

Исток которой – в Вечности.


У следующих двух стихотворений наверное лучше оставить их английское название.  «Stanza» - переводится или как строфа, или как станс (небольшое элегическое стихотворение).

Stanzas to

Моё презренье и насмешка            

Забыть помогут это имя.

Но сердце будет безутешно -

Бесславная надежд кончина!

Мне эта мысль приходит снова

И снова плакать я готова.

Старается моя слеза

Насмешку смыть в моих глазах.

«Благословенна дружбы пыль»,

Элегии печален стиль!

Ты слаб и пуст, ты пуст и слаб,

Ты своего обмана раб.

Но это нас роднит с тобой,

Я тоже слабая душой.

 

Но с мыслью я прощусь такой

Неправильной и не святой.

Зачем пугливой ланью быть,

Спасаться бегством во всю прыть?

Меня вой волчий не страшит,

Мне просто их противен вид.

На радость им слезу пролить

И о пощаде их молить?

Нет! Честь ты эту позабудь,

Оставлю жалости чуть-чуть:

«Пусть грудь согреет всё земное,

А Небо дух твой успокоит!»


Stanzas

Если бросишь меня – не заплачу

Бесполезно это, знаю.

Мир вдвойне нам кажется мрачным,

Когда наши души страдают.

 

Не заплачу, дождусь я лета,

Окончания ненастья

И конец истории этой

Не покажется так несчастен.

 

И тогда, устав от страданий,

Принесённых мне зимой,

Утомлённая ожиданьем,

Распрощаюсь с этой тоской.

 

Не заплачу. Но как жестоко,

Если нет  тебя со мной.

Буду ждать до последнего вздоха

Новой встречи моей с тобой.


Моё утешение

Пытаешься снова меня ты учить,

Я чувствую снова сомнения.

Ты хочешь тайную мысль мне внушить,

А, может быть, светлую истину скрыть,

Своё не скрываю мнение.

 

Останутся тайной тайны души,

То, что от людей укрыто,

Что жарко пылает и громко кричит,

Чего не касаются света лучи,

Угрюмо оно и сердито.

 

Я не грущу, но по тёмным путям

Идти мне всегда одной?

Пустые желанья во след мне летят,

И дни одиночества где-то грустят

Тоскливые, будто вой –

 

Друзья и братья в несчастье мне,

Улыбка, как будто вздох,

Чьё вечное сумасшествие,

В агонию не перешедшее,

Мой взгляд выдержать смог!

На небе сияет прекрасное солнце

И ярко пылает Ад.

Души не изменят насмешливый тон

Ни песнь серафима, ни демона стон.

Причина страданий душевных не в том,

Никто в этом не виноват!

 

Но ласковый бриз над морской волной

Закончиться бурей может,

А тёплый ветер весенней порой

Сугробы зимы уничтожит.

Что общего в том между мной и тобой

Меня что утешить может?

 

Давай разговор продолжим пока,

Обида таится где-то,

Обижено сердце, но только слегка,

Другие темы не будем искать.

Ты видишь, как мокрою стала щека,

Спасибо тебе за это!


Героем стихотворения «Старый стоик» вполне мог быть глава семейства преподобный Бронте. Он во всём полагался на волю Божью и являл собой пример стойкости и терпения. На его долю выпала самая злая  судьба, какая может достаться человеку. Он надолго пережил и свою жену и всех своих шестерых детей. Мария – родилась в 1813 г., умерла в 1825 г. Элизабет - родилась в 1814 г., умерла в 1825 г. Шарлотта – родилась в 1816г., умерла в 1855 г. (во время беременности). Патрик  Брэнуэл – родился в 1817 г., умер в 1848 г. Эмили Джейн – родилась в 1818 г., умерла в 1848 г. , Анна – родилась в 1820 г.,  умерла в 1849 г.

Старый стоик

Меня свет истины влечёт,

Смеясь, я презираю

Известность, славу и почет,

Что без следа растают.

 

И только об одном молюсь,

В чем суть моей природы:

Избавиться от лишних чувств

И обрести свободу!

 

Приди скорей, желанный день,

Пусть сбудутся молитвы,

И жизнь и смерть, их смысл и цель

В терпении великом!


Начало стихотворения «Видение» написано Эмили. Последние 8 строк написаны Шарлоттой.

Видение

Молчание в доме, все уже спят.

Клубится снег и ничего другого не видит взгляд.

Тревожным ветра кажется звук,

Неудержим порыв его, деревья стонут вокруг.

 

Свет очага красит матово пол.

Казалось, дверь дрожит слегка и стёкла у окон.

Свет маленькой лампы пускает лучи,

Он манит к себе звездой, сияющей в ночи.

 

Мой сэр и дама со строгим взглядом,

Явитесь снова ко мне, вам упрекать меня не надо.

Но сэра и дамы нет со мной.

Ночной ангел через снега идёт тайной тропой.

 

Является он, посланец эфира,

Останется тайным визит, его тайная сила.

Кто любит меня, ни единым словом

Меня за желание жить платить не заставит снова.

 

Свет маленькой лампы, ожог его чист.

Молчание! Ветер проносится быстр.

Кого ожидала, явиться не смеет.

Потусторонняя сила! Всё же в тебя я верю.


В стихотворении «Ночной ветер» рифмуются только чётные строки, как и в северных народных балладах. В северной поэтической традиции нечётные строки не рифмуются.

Ночной ветер

Тёплую летнюю полночь

Луны освещает свет,

Открыла окно в гостиной,

Куст розы под ним в росе.

 

И ветер тихо и нежно

Коснулся волос слегка.

Мелодии неба прекрасны

И сон над Землёй витал.

 

Зачем-то ветра дыханье

Мне тихо шепнуло вдруг,

И слышу я тихий голос:

«Как тёмен лес вокруг!

 

Слабеет моё движенье

И слышится как сквозь сон,

И кажется нереальным

Звук множества голосов».

 

А я говорю: «Почему же

Певец, чей так голос мил,

Хотя не хотела я музыки,

Вдруг разум мой ею пленил.

 

Как будто цветов ароматом

Играя, деревья стоят.

Ушли мои прежние чувства

И новых ворвалась струя».

 

Осталось одно желанье,

Согрело меня теплом,

«Приди, - я вздыхаю сладко, -

Зачем от меня ты ушёл.

 

Дружили с тобою мы с детства.

Я разве любовь не храню?

И этой любуясь ночью,

Я разве тебя не люблю?»

 

Опять о тебе я плачу,

Но это тебя не тревожит.

Лежишь под могильным камнем

И ты одинок там тоже.


Не будет душа трусить 

Не будет душа трусить,

Как шторм не боится небесная сфера,

И небо сияет пусть мне,

Сильнее страха сияние Веры.

О, Бог, будь всегда со мной!

Пусть Смерти приход неизбежный ужасен

И жизни моей покой

И вечная Жизнь в Твоей воле и власти.

Напрасно так много правил

Придумали люди пустых и напрасных.

Немного они добавят

К тому, что и так беспредельно прекрасно.

Сомнения снова и снова

Владеют мной, кажутся мне бесконечны.

Но очень прочна основа

Великой скалы под названием Вечность.

Любви широки объятья,

Живительный дух её долгие годы

Нас окружает счастьем,

Поддержкой, вниманием, доброй заботой.

Движенья Земли и Луны

И Солнца, и даже всего Мирозданья

Любви подчиняться должны,

В том суть её существованья.

Не всё подчиняется Смерти.

Пускай велика её сила, но всё же

Живительный Жизни ветер

Она никогда уничтожить не сможет.


Анна Бронте

Литературный псевдоним Актор Белл.  Роман Шарлотты «Джейн Эйр» и роман Эмили «Холмы Бурных ветров» («Грозовой перевал») по популярности спорили с произведениями Шекспира и Диккенса. Романы Анны литературная критика встретила более сдержанно. Возможно, на это были свои причины. Героиня романа «Агнес Грей» - бедная несчастная девушка. Работая гувернанткой, она вынуждена терпеть многие несправедливости, но не теряет при этом своё человеческое достоинство и здравомыслие, в отличие от своих хозяев. Героиня другого романа бросает мужа-алкоголика, чтобы уберечь сына. Возможно, такие сюжеты не очень нравились критикам-мужчинам.

Воспоминание

По тексту стихотворения «Воспоминание» ( и по некоторым другим тоже) невозможно понять, обращено оно к мужчине или к женщине. Если, беря на себя смелость уточнить это, ошибаюсь, то мысленно прошу у автора прощения.

Да, умер ты! И невозможно

Вернуть улыбки твоей свет.

Дверь старой церкви осторожно

Открою и приду к тебе.

 

Мне это можно – встать у камня

И холод ощутить его.

Души столь светлого сиянья

Не знала я ни у кого.

 

С тобою встреча невозможна.

Одно лишь утешенье мне –

Пусть быстротечна жизнь, но всё же

Осталась память о тебе.

 

В душе я память сохраняю.

Мой ангел из небесных сфер,

Душой и сердцем постараюсь

Смиренно брать с тебя пример.


Беседка

Приятно отдыхать в беседке,

Любуясь неба синевой.

Оно мне мило улыбалось,

Деревьев скрытое листвой.

 

И видит взгляд: сверкает зелень,

Её ласкает солнца свет.

На ветвях листья шелестели,

Приятен этот шёпот мне.

 

И, очарована их звуком,

Летит искать душа моя

Прошедших лет воспоминанья

В сиянье нынешнего дня.

 

И с высоты всё как на сцене:

Поля, деревья и холмы,

Всё солнцем летним обогрето,

Но плохо видно с высоты.

 

Вдруг слышу – стал сильнее ветер,

С деревьев он срывал листву.

Вдруг вижу – снег всё покрывает,

Не понимаю почему?

 

Но снова чист морозный воздух,

Вернул он небу синеву,

И снова солнце улыбалось

Сквозь потемневшую листву.

 

Зачем так холодно на сердце

Становится от милых грёз,

Когда полёт души свободной

Как будто бы сковал мороз?


Анна несколько лет проработала гувернанткой и основательно подорвала здоровье. Тем более понятны чувства, звучащие в стихотворении «Дом».

Дом

На зарослях густых плюща

Луч солнечный играет,

Кора у старых буков

Серебряно сверкает.

 

Смотрело солнце с высоты

Весёлым милым взглядом.

Деревьев бесконечный ряд

Навеивал прохладу.

 

Но громкий голос вдруг звучит

И снова повторяет:

Верни мне пустошь и холмы,

Где ветер не стихает.

 

Где трудно дерево растить

И урожай собрать,

Но сердцу мил их грустный вид,

Нельзя их забывать.

 

Вокруг раскинулся простор

Вечнозелёных парков,

И для прогулок так хорош

Лужаек чистых бархат.

 

Верните мне тот бедный двор

За серыми стенами,

Покрытый чахлою травой

Заросший сорняками.

 

Высок роскошный особняк

И комнат много в нём.

Но как бы ни был он хорош,

Верните мне мой Дом!


Из трёх сестёр Анна отличалась наибольшей склонностью к религии. Но это не мешало ей становиться порой удивительно ироничной. Такую тонкую иронию, как в стихотворении «Раскаяние» невозможно в полной мере передать при переводе.

Раскаяние

Поплачу я и посмеюсь,

Когда ты безутешен.

Я с хором ангелов спою -

Восславлю твою грешность.

Родство и дружбу не щажу

Насмешливым укором.

Я слово мудрое скажу:

«Как вы прекрасны в горе».

Прошу простить мне странный смех,

Земных надежд крушенье

Достойно слёз, но есть для всех

На небе утешенье!


Если это всё

О, Бог! Уж если это всё,

Что жизни смысл моей,

Покрыто свежею росой,

Но только не твоей –

 

Когда мне светит яркий свет,

Надежды свет сияет,

Блаженство вижу я во сне

И в горе просыпаюсь.

 

Я, если дружбу не спасла,

Ждать лучшего не буду.

Любовь куда-то вдаль ушла,

Пока ждала я чуда.

 

Немного пользы труд принёс

Слуге чужих желаний.

Но постоянно боль гнетёт

Забытых обещаний.

 

Повсюду лишь порок и грех,

Всё сила подавляет.

Слепой поток уносит всех

Влечёт, не отпускает.

 

Стараюсь я хранить добро

И чувства не теряю,

И горечь сердца моего

Наружу не пускаю.

 

Я вздох нечаянный сдержу.

Свет солнечный, приди,

И зимнюю терпя нужду,

Жду лето впереди.

 

И если жизнь прошла в нужде

Скажу – в Твоей всё власти,

Дай сил достаточно Ты мне

Терпеть мои несчастья.


Память

Сияет солнца яркий свет

Полей, лесов зелёный цвет

И лёгкий ветер веет.

Синели в выси небеса

Цветов влюблённые глаза

Загадочно глядели.

 

Но чары вдруг пришли ко мне

Вздох сладкий памяти моей

Куда меня уносит?

Глаза закрою, гаснет день

Душа, готовая взлететь,

Полёта в небо просит.

 

Моей фантазии исток -

Прекрасный примулы цветок

Что дышит наслажденьем.

Вернулись будто детства дни,

Цветок напомнил мне о них -

Источник вдохновенья.

 

Как сладка память для меня:

Весны природу сохраня,

Как будто дань собрала.

Сиять шафраном золотым

Цветком небесным и простым

Природе помогала.

 

Цветов разлился аромат

И колокольчики звенят,

Знакомые мне с детства.

Улыбка маргаритки мне

И лютиков весёлый цвет -

Они моё наследство.

 

Как заклинание из снов

Шум вереска вокруг холмов -

Он будет вновь звучать,

Когда мороз придёт сюда

И зимний ветер, и вода

Не будет здесь журчать.

 

О, детство, ты ли божество?

Воспоминаний торжество

Сиянье дней минувших.

Но совести моей упрёк

(Хотя и на короткий срок)

Из прошлого вернулся.

 

Не радость он с собой принёс

Далёких дальних сладких грёз

О светлом и хорошем.

Не долго длился этот свет.

Того блаженства больше нет -

Оно осталось в прошлом.


Ушедший день

Порой мысль странная придёт

Когда для радости есть повод

Когда душа веселья ждёт

Его встречать она готова

Но вместо этого вдруг горечь

Напомнит про чужое горе.

 

Тогда в раздумиях нелёгких

О бедах родственной души

День летний кажется далёким

И возвращаться не спешит.

Становится как прежде грустно,

Когда приходит это чувство.

 

Когда бывает так, тогда

Не удержать души движенье

И чувств вернётся глубина,

И дружба как реки теченье.

Не ослабеет её сила,

Не удержать её разлива.

 

Когда час ночи наступает

Вступает страх в свои права

Когда веселье затихает

И всемогуща тишина

Свободу обретает горе

Среди безмолвного покоя.

 

Но всё-таки вернётся снова

Благословенная заря.

Встречать дневной свет мы готовы

И пусть он светит нам не зря.

В душе надежду сохраняя,

Приветствуем начало дня.


Привычка летать во сне всегда считалась признаком поэтического таланта. Не отрицает это и современная психология.

Строки, написанные в лесу в ветреный день

Душа моя во сне куда-то улетает,

Своим дыханьем ветер уносит вдаль её.

Его порывы всюду ревут и громыхают,

Несёт земле и морю он торжество своё.

 

Свет солнца осветил увядшую траву,

Деревья тянут вверх свои пустые ветви.

Над этим надо всем весёлую игру

Играют облака в небесном, синем свете.

 

Увидела я всё, что видеть пожелала:

И брызги волн морских, и пенистый прибой,

Вершины гордых волн стремительно качались.

Ну, разве я когда забуду сон такой!


Апелляция

О, я устала очень,

Пролила слёз немало,

Глаза устали плакать,

От горя сердце сжалось.

О, как я одинока,

Мне тяжело вдвойне,

Но жалоб ты не слышишь,

Ты не идёшь ко мне.

Не видишь моей страсти,

Надежды гасишь свет,

Но у тебя на это

Такого права нет!


Пленный голубь

Несчастный бедный голубок,

Я слышу стоны твои, пленник.

Тебе сочувствуя, дружок,

Забуду про свои проблемы.

 

Готов отправиться в полёт,

Но бесполезны твои крылья.

Напрасно небо тебя ждёт,

Ты, как и я, взлететь бессилен.

 

Впустую всё! Взлететь нельзя,

Твоя тюрьма прочна, как прежде.

Напрасные в твоих глазах

Неисполнимые надежды.

 

Ты  мог свободен быть, паря

Над рощей, солнцем освещённой,

И за далёкие моря

Лететь счастливый и влюблённый.

 

Но если б кто-то рядом был

И, разделя страданий тяжесть,

Свою судьбу с твоей делил –

Найти и в этом можно радость.

 

Да, даже здесь ты и сейчас,

Слова услыша дорогие

И видя взгляды добрых глаз,

Забыл бы про леса родные.

 

Но ты несчастен, голубок,

Ты обделён судьбой жестокой,

И не с тобой твоя любовь,

Ты остаёшься одинокий.


Похвала себе

Эллен, всегда сохраняешь свою

И грацию, и красоту.

Простой и скромный домашний наряд,

Но это тебе к лицу.

Как это всегда удаётся тебе,

Наверное, ты умна?

И, красоту стараясь беречь,

Заботы всегда полна?

 

Скажи, неизвестностью не томи,

Мы всё же тебе родня,

Мелодии звук простой почему

Так сладостен у тебя?

«Да, в самом деле, друзья мои,

Закончились детства дни.

Года идут и чувствуем мы,

Как быстро идут они.

 

Мелодия эта совсем проста,

Её я люблю играть,

И твёрдо знаю – её никогда

Не захочу менять».

Ответила я довольно уже,

Не надо им торопиться

Узнать мой самый главный секрет

Как сердце способно биться.

 

Я видела множество юных лиц,

Прекрасней, казалось, нет.

Но тайное напряженье души

На них оставляло след.

Всё скажут, глаза ничего не тая

Покрытые краской щёки,

Улыбка или движенье бровей

Смысл открывают глубокий.

 

Но слава Богу! Внимательный взгляд

Вам не поможет узнать,

Как может тайно душа моя

Надеяться и страдать.

Собрались вчера у камина мы,

Нам очень весело было.

Потом услышали чьи-то шаги,

Давно я их изучила.

 

Спокойным остался голос мой,

На щёках румянца нет,

Никто не заметил в моих глазах

Надежды и радости свет.

Но как горела душа моя,

Как сильно сердце стучало.

Но он не приблизился, он ушёл

И радость моя пропала.

 

И это всё не заметил никто,

Мой голос не выдал чувств.

Улыбку видели все мою,

Не замечая грусть.

Они не узнали тайную мысль

И никогда не узнают,

Как сильно сердце болит моё,

Как горе моё пылает!


Неуверенность

Покинет Солнце небеса,

Покой я обретаю.

Взошла блаженная Луна

И весело сияет.

 

Я вижу как она плывёт

Неспешно над холмами,

В тумане скрылся горизонт,

Свет холоден в тумане.

 

Её холодные лучи

Мне сердце успокоят.

Надежды солнца свет будил

И не давал покоя.

 

Туман всё гуще и сильней

Клубиться и сияет,

И тот же свет в душе моей,

Но вдруг он исчезает!

 

Темнеет вдруг туман густой

И снова я как прежде

В холодной темноте пустой

Без света и надежды.

 

Хотя бы малая звезда

Дрожащим слабым светом

Меня порадовать могла,

Но и её здесь нету.

 

Вдруг метеор ночную тьму

Стремительно рассёк,

И улыбнулась я ему –

Недолог его срок!

 

И непроглядна темнота

В душе моей тоска,

Но, может быть, опять Луна

Взойдёт на небеса?

 

Пусть небо снова серебрит

И свет свой не потушит,

И слабым светом подбодрит

Слабеющую душу!


Колокольчик

Какой изящный аромат

У маленьких цветочков,

Его почувствуешь всегда,

Когда их много очень.

 

Мне колокольчик полевой

Всё может рассказать,

Без слов блаженством сердце мне

Умеет наполнять.

 

Напомнит мне недавний день

И солнечный и светлый,

Но трудной жизнь тогда была,

А радость незаметной.

 

В тот день на солнечной тропе

Случайно заблудилась

Среди созвездия цветов

Доверчивых и милых.

 

Передо мной высокий холм,

А сзади море было,

Но почему-то я тогда

Совсем не огорчилась,

 

Не беспокоилась совсем,

Природой любовалась.

Окинув взглядом всё вокруг,

Я весело смеялась.

 

Но вижу я на берегу

Трепещущий цветок.

То колокольчик маленький,

Стоит он одинок.

 

Откуда вдруг пришла тоска,

Мои глаза туманит?

Зачем вдруг горечь поднялась

И чувства мои ранит?

 

О, тот цветок напомнил мне:

Счастливым детство было,

Когда его из всех цветов

Всех больше я любила.

 

Дни были радости полны,

Душа моя свободна

И я была окружена

Любовью и заботой,

 

Не отвратительной толпой

Жестокой бессердечной,

Ведущей поиск новых благ

В трудах, заботах вечных.

 

Всё то, что время унесло-

Назад не возвращает.

А колокольчик мой звенит -

Меня он утешает.


Последние строки

Я верила: сил хватит мне

По-своему прожить,

Не потерять себя в толпе,

Своих вершин достичь.

 

Но Бог иначе рассудил

И был Он очень строг:

Души моей не пощадил,

Терпеть боль не помог.

 

Ужасны сумерки души,

Когда в смятенье ум.

Страдаю я, но согрешить

Как прежде не могу.

 

Благословенье обрести

Не понеся потерь?

С надеждою свой крест нести

И уронить теперь?

 

О, Бог, ты можешь отобрать

Всё, что дано Тобой.

Заставишь нас всю ночь рыдать

И днём забыть покой.

 

Но всё же прожиты не зря

Дни полные тревог.

Не устрашит ночная тьма,

Когда со мною Бог.

 

Усталость я перетерплю

Печаль ослабит боль.

На Небеса взгляд устремлю

И труд мой не пустой.

 

В борьбе со слабостью души

Потерь не избежать.

Не раз пришлось мне, согрешив,

Всё снова начинать.

 

Настойчивый упорный труд

Откроет нам секрет

Как силу духа берегут,

Когда надежды нет.

 

Готова я Тебе служить,

Судьбы осилю бремя.

Пока я продолжаю жить,

Всё будет в своё время.

 

Но если снова жизнь прожить

Была бы мудрой боле,

Могла бы лучше послужить,

Твою исполнить волю.

 

Смерть обрывает нашу жизнь,

Но клятву сберегу.

Мой Лорд! Принять не откажись

Всё, что отдать могу!

Стихотворение «Последние строки» звучит очень эмоционально. На это есть причина. Оно написано вскоре после смерти Эмили.

Последним из Бронте умер сам глава семейства. После его смерти приход в Хоуорте наследовал Артур Николс, муж Шарлотты, которой к тому времени вот уже двенадцать лет не было в живых.

В последствии в доме Бронте был создан музей, где после ремонта и реставрации всё сохраняется, по возможности так, как было при их жизни.

2003-2004г.