Вопреки судьбе. Часть 3. Глава 1

Прошло всего лишь четверть века

С тех пор, как заточив перо,

Я стал писать о древних греках,

А сколько же произошло

Событий в это время разных:

Хороших, странных, безобразных.

 

Да, «сколько нам открытий чудных»

Принёс технический прогресс!

Порою и представить трудно

Как раньше обходились без

И интернета, и смартфонов

Простым домашним телефоном.

 

А что же дальше, в перспективе,

Что в перспективе видим мы?

Как мало мира стало в Мире,

Как много стало в нём войны!

А значит, и на мир надежды

Осталось менее, чем прежде.

 

Но как бы шансы не считали мы,

Пока ещё не наступили

Потоп Всемирный, Апокалипсис,

Пока ещё мы всё же в силе,

Чтоб в 19 году (2019)

От Мира отвратить беду.

-----------------------------------

Сейчас вернёмся мы к Фетиде.

Раз обещание дано,

Его исполнить надо, но

Попасть к начальству на приём

Не так-то просто. Дело в том,

Что Зевса нет. Он той порою

В гостях был у других героев.

Глава богов во время это

На самом южном Крае Света

Других героев посетил,

У эфиопов он гостил.

А там, в гостях у эфиопов,

Конечно,  не до дел Европы.

Дела Европы подождут.

Пусть без него войну ведут,

Пускай там обойдутся греки

Пока что без его опеки

В войне жестокой против Азии.

Он права не имеет разве

От дел устав, передохнуть

И на пиру повеселиться

(Который дней двенадцать длится).

Гостеприимство в Эфиопии

Ничем не хуже чем в Европе!

Но вот закончилось веселье.

Вернуться на Олимп пора

(Лечить амброзией похмелье).

Пора вновь браться за дела.

А за двенадцать этих дней

Событий много на войне

Произошло, и не вполне

Они приятны Громовержцу.

Ну как же, ссора из-за женщин,

Да и последствия чумы

Меняют круто ход войны.

Каких последствий надо ждать?

Войну как дальше продолжать,

Что бы она не прекратилась?

Решение само явилось.

Оно явилось в прямом смысле

И породило много мыслей.

Фетида, проявив терпенье,

Дождалась Зевса возвращенья,

И на Олимп она поднялась,

Ну и конечно постаралась

Опередить всех посетителей,

Докладчиков и доносителей.

Она к ногам его припала,

И всё подробно рассказала,

И страстно Зевса умоляла

За сына греков наказать,

В бою троянцев поддержать.

С ответом Зевс не стал спешить.

«Проблему можно разрешить,

Казалось бы, не так уж сложно,

Победу дать троянцам можно

И тем обрадовать Фетиду,

Но это просто только с виду.

Весьма коварен сей вопрос,

Когда «копнёшь» его всерьёз.

Среди богов согласья нет.

Одни «болеют» за троянцев,

Кому-то греки симпатичны.

На неприятности нарваться,

Испортить отношенья личные

В сей исторический момент

Особого желанья нет.

И это – первое. Второе –

Увы, у каждого героя

Своя, конечно же, есть мать,

Нельзя об этом забывать!

Что бы Фетиду ублажить

Героев скольких положить

Необходимо на войне?

А вся ответственность на мне!

Да, как должна идти война,

Решала бы Судьба сама…

Но не могу я отказать,

Быть должником неблагодарным.

Признаться надо - не бездарно

Фетида разыграла сцену,

Обняв с мольбой мои колени.

При этом прямо не сказала,

Но деликатно намекала

На наши прошлые дела,

Кем для меня она была…»

Сказал он так: «Ахилла мать!

Тебе могу я клятву дать

Об исполнении мольбы.

Вот я клянусь, смотри же ты!

Да, будет сын твой отомщён,

Как этого желает он.

Да, будет грекам наказанье!»

Тот час из глаз его сиянье

Чудесным светом изошло,

И волосы его главы

(Да, Зевса клятвы таковы!)

Поднялись и зашевелились,

И содрогнулся весь Олимп.

А Зевс подумал: «Ну, и влип

Я с этою дурацкой клятвой,

Которую не взять обратно…»

Он перед тем, как отпустить

Фетиду, стал её просить:

«Ты удаляйся осторожно,

Здесь с Герой повстречаться можно.

Ещё бы не хватало мне

Своей же собственной жене

Дать новый повод для скандала.

Она и так меня достала,

Всё греков, греков защищала.

Тебе скажу я по секрету –

Ты, в общем, не болтай про это –

Женился я, конечно, сдуру.

Столь ядовитую натуру

Не встретишь больше в Свете целом.

Чего я только с ней не делал,

Ее, как только, не учил,

Ну, просто выбился из сил.

А я-то всё же Бог Верховный!

Такое впечатленье, словно

Как хочет, вертит мной жена.

Не я главнее, а она!

О чём сказал, уже жалею.

Тебя задерживать не смею.

Ступай к себе. В подводном царстве

Событий жди. Судьбы коварство

Сейчас, я думаю, вполне

На нашей будет стороне».

 

Нет, так случилось не вполне.

Конечно, Гера всё разведала,

О чём с Фетидой он беседовал.

Ну, и конечно, Зевса ждал

Ещё один с женой скандал.

 

Вот в вечер тот, как и всегда

Все предыдущие года

На ужин Зевс богов созвал,

Короче, на весёлый пир,

И вместе с ними пировал,

И пир весьма весёлым был,

Пока жена с ним, сидя рядом,

Не повстречалась с Зевсом взглядом.

Хотя казался, ласков взгляд,

Но в нём скрывался тайный яд,

И голос ласков, только яда

Не меньше в нём, чем и у взгляда:

«Кто из бессмертных утром этим

С какою целью посещал

Тебя, и что же ты ответил,

Исполнить что пообещал?

Тобой любимая Фетида

Явилась со своей обидой?...»

(Не знаю, правда ль говорят:

На вид бывает сладок яд?)

И поперхнулся Зевс амброзией.

Опять ему готовит козни

Его коварная жена!

Ответил грозно: «Ты должна

Усвоить хорошо, понять,

Что ты всего не будешь знать,

Хотя о замыслах моих

Всегда ты ранее других

Всех лучше ты извещена,

Но знай, коварная жена:

Сейчас ты замолчать должна,

Да, ты меня уже достала…»

И сразу тишина настала.

Не только зевсова жена

Молчала на пиру одна,

Не по себе богам всем стало:

Да, никому не будет мало.

Во гневе Зевс не предсказуем,

Когда бывает очень буен,

Страшней любой стихии Зевс.

Но положенье спас Гефест.

Он олимпиец не обычный,

К работе бог – кузнец привычный,

Да, поработать он любил,

А к ссорам непривычен был.

Гефест перед богами встал,

И речь такую вот сказал:

«Когда у нас, богов бессмертных,

Конфликты будут из-за смертных,

Веселья на пирах не будет».

Потом большой сосуд он взял,

Нектаром кубки наполнял

Он у пирующих богов.

При этом он хромал слегка

С весёлым видом чудака,

И этим рассмешил богов.

Исчерпан инцидент пока.

Но всё же только лишь пока…

----------------------------------

Раз обещание дано,

Его исполнить надо, но…

Но дело в том, что слово дать

Намного легче, чем сдержать.

 

Над Миром ночь, и Сон Морфей

Прервал кипение страстей,

И дел дневных прервал теченье,

И всех в объятья сладкой лени

Он погружал и усыплял.

Весь лагерь греков мирно спал,

И в Трое люди тоже спали.

И там, и там ещё не знали,

Что им готовит день грядущий.

А Зевс не спал: «Как всё же лучше

Дурацкую исполнить клятву,

Которую не взять обратно?

На что решиться, в самом деле?

Помощник нужен в этом деле!»

Он Сон Обманчивый призвал,

И Сон Гипноз пред ним предстал.

И к Агамемнону послал

Зевс с порученьем Ложный Сон,

И речь сказал пред этим он:

«Пока сынок твой Сон Морфей

В свои объятия людей

Всех заключил и дрёмой тешит,

Лети в стан греческий поспешно

И Агамемнону явись,

Как вещий сон,

Да так, чтобы тебе поверил он,

И возбуди его к сраженью,

Не допуская возражений.

Скажи: богов всех умолила Гера

Троянцам впредь не помогать,

Ему победу завтра дать».

 

Конечно, делать так не честно,

Но Сон Гипноз Морфея вместо,

Когда с Олимпа прилетел,

Вождём Верховным овладел,

И голосом он старца Нестора

Всё то, Зевс ему велел,

Всё Агамемнону внушил.

Обман он ловко совершил.

-----------------------------------

Признаюсь честно, что сейчас

О древних греках пересказ

Того, что авторы другие

Во времена совсем иные

В своих твореньях нам открыли,

Становится всё больше вольным.

Но он не для уроков школьных,

И не научная статья.

Иль не имею права я

Воображению дать волю?

На историческом просторе

Событий отголоски давних

Трагических, смешных и славных

Я слышу так, а не иначе.

В чём вижу я свою задачу?

Давайте обо всем о том

Подробно говорить потом…

----------------------------------- 

Умчался прочь Обманный Сон.

А что же Агамемнон? Он

Проснулся и вскочил с кровати

(Ах, как же ложный сон приятен!)

Одел хитон и плащ, сандалии,

Взял скипетр. Прогнал печали,

Вселил надежду этот сон,

Да, в этом был уверен он.

Глашатаев к себе призвал,

И первым делом приказал

Созвать народное собрание.

Вождей отдельно созывать.

Пред ними будет выступать

Он там, где Нестора корабль

Стоит. Вожди к нему сошлись.

Сказал им Агамемнон: «Вот,

Война десятый год идёт.

Какой мы видим результат?

Троянцев меньше в десять крат,

Но побеждали мы не их,

А их союзников одних,

Потом союзников других.

Но почему-то каждый раз

Всё новые идут на нас

Войной войска на помощь Трое.

Да, положение такое

Казалось бы почти ужасно.

Но мне теперь всё стало ясно.

Я видел ночью сон прекрасный.

Явился некто мне во сне

И он открыл всю правду мне.

Он, кстати, был похож на Нестора,

Своею мудростью известного.

-----------------------------------

Да, вот сейчас произойдёт

Ну, очень странный эпизод.

Но раз он у Гомера есть,

То, значит, должен быть и здесь.

Но освещу его иначе.

По-своему. В каком же смысле?

В том смысле, что иначе мыслю.

Событья описав такие,

Дам комментарии другие

-----------------------------------

Богов всех умолила Гера

Троянцем впредь не помогать,

Сегодня мне победу дать.

Сейчас готовимся к сраженью,

Другого быть не может мненья,

Возьмём мы Трою несомненно,

Но вот что я хочу сказать.

Вот мне сейчас на ум пришло,

Не знаю сам как снизошло,

Войска нам надо испытать:

Настроена ли наша рать

Долг до конца свой исполнять?

Пускай народное собрание

Как прежде выразит желание

Победу одержать в войне,

А сон, который снился мне,

Не расскажу. Скажу я так:

Пред нами очень сильный враг,

Не одолеть его никак.

Ах, сколько бед терпели мы

За долгих девять лет войны!

Не лучше ль кончить нам с войной,

К себе обратно плыть домой?

Вожди, я правильно сказал?».

Тут первым Нестор поддержал

Такое странное решенье.

Эх, мудрый старец Нестор,

Ему наверно было лестно,

Что он явился в чудном сне,

Сказать всю «правду» о войне.

Но что ж не высказал сомнений

Никто! Ни мудрый Одиссей,

Ни афинянин Менесфей,

Такой матёрый демагог

Не чуял скрытый здесь подвох,

И глупость сильную вдвойне?

А проницательный Калхас

Куда глядел на этот раз?

Как можно с войском на войне

Вести об отступленьи речь

И на себя беду навлечь?

Но вождь верховный Агамемнон

Поддался этим ложным мненьям.

И вот народное собрание

Собралось, и с большим вниманием

Его выслушивает речь.

Что войско от войны устало,

Что бед испытано не мало,

А если очень все устали,

Так что же делать? Не пора ли

Спустить на воду корабли,

Уплыть к брегам родной земли?

Как только это он сказал,

Совсем не то, что ожидал

Конечно же, произошло.

В движенье войско всё пришло.

Хотя и мог бы ожидать,

Отреагирует как рать,

Когда такое сообщенье

Давно все ждали с нетерпеньем?

Ведя себя не по геройски,

Бежать домой собралось войско.

Все разом ринулись туда,

Где их военные суда

На побережье в три ряда

Стояли. Так они спешили,

Что поднимались тучи пыли

От топота их резвых ног.

Что Агамемнон сделать мог?

И растерялись все вожди,

О, да, добра теперь не жди!

Сказав народу эту речь

Верховный вождь сумел навлечь

На войско массовый психоз,

И превратилось в стадо коз

Всё войско. (Да, бывает так:

Побольше, чем коварный враг,

Сумеет навредить дурак!)

И Зевс всё это наблюдал,

И он в смятенье пребывал.

Хотя в высокий кабинет

Не проведён был интернет,

Он может видеть всё и так.

Верховный Бог – он всемогущ,

Ведь он же Повелитель туч!

Да это так, однако, всё же

Он предпринять сейчас что может?

Что ж, самому идти туда

Людские вразумить стада?

Афину срочно он к себе

Призвал, и говорит: «Тебе

Придётся к грекам снизойти

Порядок в войске навести

Войну заставить продолжать,

А не с войны домой бежать.

Скажу я истину любя:

Одна надежда – на тебя!

Мне больше некого послать,

Что б образумить греков рать.

-----------------------------------

Да, кстати, вот Гомер считает:

Афину Гера посылает,

А Зевс тут вовсе не причастен.

Он разве мог быть безучастен?

Нет, не логично, и к тому же,

Заботиться о чести мужа

Усердно Гера вряд ли б стала,

Афину не она послала.

Тут варианты есть другие.

Они примерно вот такие.

-----------------------------------

Ну что же, так или иначе

Да, выбор был вполне удачен.

Решить столь сложную задачу

Могла, пожалуй, лишь она.

Она разумною была,

Владея многими искусствами,

Она умела править чувствами.

Маслина, прялка и копьё –

Вот атрибутика её.

Вообще, её происхожденье,

Её чудесное рожденье

Прекрасно знаете вы сами.

Богат мир древний чудесами!

Афина мудрою была,

Афина смелою была,

Трудолюбивою была.

А потому её дела

Славнее многих прочих дел,

Таков уж был её удел.

В бою с восставшими гигантами

Афина очень отличилась,

Известно вам, что приключилось?

Содрала кожу с их Палланта,

Её на щит свой прикрепила,

И стали звать её Паллада.

Она героям помогала,

И преуспела в том не мало.

Когда корабль Арго плыл

Навстречу многим приключеньям,

То нос его украшен был

Как раз её изображеньем.

Она была авторитет!

Кандидатуры лучшей нет,

Чтобы до греков снизойти,

Заставить вновь войну вести,

Идти к победе неотступно,

Чтоб Зевс не стал клятвопреступником.

-----------------------------------

Её Зевс к грекам отослал,

Как полномочного посла,

Что б с Прометеем давний спор,

Не разрешённый до сих пор,

Решился бы, как он сказал.

Не может грозный Громовержец

 В таком вот споре быть повержен!

Афине Зевс пересказал,

Всё, что Фетиде обещал.

Да, прекратить сейчас войну -

Позор неслыханный ему!

Афина к грекам в стан нисходит.

А что сейчас там происходит?

Простой народ – он весь в движении

(Проворней, чем в ином сражении!)

Среди всей этой суеты

Вожди стоят, разинув рты:

Послушный ранее народ

Уже вот-вот и уплывёт

К брегам родной своей земли,

Сев в боевые корабли!

(Когда теряются вожди,

Тогда уже добра не жди)

И хитроумный Одиссей,

Известный мудростью своей,

И он растерянно молчал.

Вождём в то время… Терсит стал!

Тот самый, кто на всех сердит,

В глаза всем правду говорит,

Тот, кто уродлив был на вид,

И всех придирками достал,

Да он вождём на время стал!

Командует:

«Подпорки с под бортов убрать,

Пути на воду расчищать

Для быстроходных кораблей,

Грузить добычу поскорей,

Ну, шевелитесь поживей!

Плывём к брегам родной земли

Пока не сгнили корабли,

Здесь на троянском берегу

И не рассыпались в труху!

Вожди пусть остаются здесь,

Коли у них охота есть,

А нам на Трою наплевать,

Нам надоело воевать!»

С чего же всё-таки начать,

Чтоб образумить греков рать?

Во-первых, разыскать героя,

Какой способен на такое,

Потом внушить герою смелость,

Чтоб смело брался он за дело,

И укорить, но только в меру,

Что ж сразу ничего не сделал,

Что ж растерялся ты, герой,

Дух боевой утратив свой?

Приди в себя, эй, Одиссей,

Известный мудростью своей,

Известный хитростью своей,

Известный ловкостью своей,

Единственный из всех вождей

Способный образумить рать,

Заставить дальше воевать!

Ему явилася Афина,

Оставшись для других не зрима,

Сумела в чувство привести

И нужные слова найти,

И встрепенулся Одиссей

Наслушавшись её речей,

И тут же действовать решил,

Нисколько не жалея сил.

Но как же образумить рать?

Вся рать собралась удирать!

Но тут есть правило простое,

Оно примерно вот такое,

Его придумали не зря:

Когда вовсю бушует бунт

Нейтрализуют главаря,

И тех, кто наиболее крут крут, –

Теряет сразу  силу бунт.

Тут действуют без промедленья,

Отбросив всякие сомненья,

Когда уже не до речей.

Вот подбегает Одиссей

К Вождю Верховному, и вот

Вождя он скипетр берёт.

(А, ну-ка, дай его сюда,

Чего стоишь тут, как балда!)

Потом бросается к Терситу.

Не чувствуя, что будет битым

Терсит по-прежнему орёт,

Всех дезертировать зовёт,

И получает по горбу

Он царским скипетром, ему

Не до речей в момент такой.

И кровь, и слёзы потекли,

И к берегам родной земли

Он не зовёт уже уплыть.

Приём действительно простой,

Его не сложно применить,

Лишь были б руки в должной силе.

Потом и тех, кто рядом были,

Ударил крепко Одиссей,

Известный мудростью своей.

У всех, кто видел это, сразу

Утраченный включался разум,

И вот желанье удирать

Теряет постепенно рать,

И воины приходят в чувство.

Теперь ораторским искусством

Пронять их можно, дать понять,

Что битву надо продолжать.

Вновь на народное собранье

Собрались воины. Вниманье

Их Одиссей к себе привлёк,

Но что же им сказать он мог,

В душе клянущий ту войну,

Совсем не нужную ему?

Вернуться бы в свою страну,

Ласкать любимую жену…

Как с настроением таким

Внушил он мужество другим?

Но убедил: «В десятый год,

Как нам обещано богами,

Прекрасно знаете вы сами,

Победа нас над Троей ждёт!»

Да, в тот критический момент

Вот этот самый инцидент

Так много изменить бы мог,

Что даже и Верховный Бог

Не смог бы сделать ничего,

Но получилось у него,

У Одиссея. Между прочим,

Кто истины дознаться хочет,

Тот должен истину признать:

Умение вести в бой рать,

В бою той ратью управлять,

И воином отважным быть,

Умеющим врага разить,

Конечно, очень важно, но…

Самой Судьбой вдруг решено:

Кому хочу, пошлю удачу,

И будет так, а не иначе.

В такой критический момент,

Какой внезапно так настал,

Был нужен интеллектуал,

Судьбе противиться способный

(Не важно, добрый, или злобный).

Да, Одиссея интеллект

Судьбы сильней был в тот момент.

Короче, согласилось войско

Быть не трусливым, а геройским.

А тут ещё и Нестор встал

И слово мудрое сказал:

«Хочу вам сделать предложение,

Хоть и предвижу возражения,

Иное войска построение,

Не так как строились мы раньше.

Вперёд всех лучники, а дальше

Кто, где с каким вооружением,

Вот так мы шли всегда в сражение.

Вожди всегда на колесницах.

Мы так предпочитали биться,

И мы терпели неудачи.

Возможно, я вас озадачу,

Внося такое предложение:

Хотя бы на одно сражение

Построитьвойско по родам,

По семьям и по племенам.

Соединенье кровных чувств

Превыше воинских искусств.

Сражённым падает твой брат –

Ты в этом тоже виноват.

Своею не прикрыл ты грудью

Родного брата…

Так отомсти теперь врагу

Пусть даже через «не могу»!

А дальше, дальше будь что будет…

Да, чувство собственной вины,

Оно важнее для войны

Любой стратегии и тактики.

Давайте применять на практике

Моё такое предложение.

Какие будут возражения?

И снова зашумело войско,

И выражало одобрение,

Теперь опять оно – геройское!

Верховный Вождь сказал:

«Теперь, мы перед тем, как будем биться,

Должны обедом подкрепиться.

Таков наш воинский обычай,

К которому мы все привычны».

И вот уже костры пылают,

Обед на них уж поспевает.

Два гончара отец и сын

Достали и вина кувшин,

Что б ещё лучше подкрепиться

Пред тем как будут они биться.

Отец гончар попил вина

И откровенен стал сполна.

Сказал такой вот монолог:

«Меня послушай, мой сынок.

Мне почему не жаль Терсита,

Хотя он крепко был побитый?

Терсит давно нас всех достал,

Не в меру он ворчливым стал.

И ты, сынок, теперь смекай –

Язык не больно распускай.

Живи как все, винишко пей,

Не лезь, сынок в дела вождей.

Пойми: вершить дела войны,

Да и дела своей страны

Не для таких тупых как мы.

Всё это первое. Второе.

Ты помни, мы ведь не герои.

Ты помнишь, Нестор что сказал,

К чему так страстно призывал?

Построить войско по родам,

По семьям и по племенам.

Да, многие идут на бой

Здесь многочисленной роднёй.

А мы с тобой что за семья?

Всего нас двое – ты, да я.

А смогут здесь меня убить –

Ты за меня не вздумай мстить.

Жениться и детей растить –

Вот такова твоя задача,

И только так, никак иначе.

Да, кстати, ты уж постарайся

Сынок, не очень напивайся.

С троянцем предстоит встречаться,

Ну, и конечно, пообщаться

Нам с ним в сегодняшнем бою.

Готовит дочку он свою,

Что б брачный заключить союз.

Сынок, не вышел бы конфуз…»

И, продолжая рассуждать,

Он взялся за кувшин опять.

 

У каждого свои проблемы,

Свои для разговоров темы.